Начинает отрисовывать в школьные годы в Ростове-на-Дону. После окончания традиционной гимназии проходит курс анатомии в Институте и курс истории искусств в Археологическом Институте. В 1918-19 гг. удачно участвует в городских художественных выставках.
В 1921 году переезжает в Петроград, где знакомится с А. Н. Бенуа, который управляет в это время картинной галереей Эрмитажа. Исследование живописи старенькых мастеров под управлением Бенуа определяет художественные пристрастия юного Шендерова. Его в особенности завлекает наследство итальянского Возрождения, шедевры эрмитажной коллекции «малых голландцев». Академическое образование Шендеров начинает в мастерской К.С Петрова-Водкина, но занимается там недолго и перебегает в художественную школу А. Ф. Гауша, где обучается у М. В. Добужинского, что, по воззрению А. Корзухина, «определило его крепкую принадлежность к ленинградской школе художников». В кругу его друзей и единомышленников — ленинградские живописцы Н. Лансере, Г. Верейский, В. Воинов, В. Гринберг. Вкупе с ними он участвует в 1924 году в последней выставке произведений членов художественного объединения «Мир искусства», у истоков которого стоял А. Бенуа.
1-ые произведения Шендерова отмечены особенным вниманием к традиционной традиции. Острота образного плана смешивается в их с тщательностью красочной техники в духе старенькых мастеров. В портретах актёра М.Гипси (1923 и 1924), в «Натюрморте с курицей» (1926) он профессионально употребляет гладкое письмо с лессировками и виртуозной передачей фактуры предметов и тканей. Отмечая эти характеристики живописи Шендерова, некие исследователи склонны сближать его произведения начала 1920-х годов с мыслями и красочным способом «Новой вещественности».
В 1934 году был арестован. Пребывание в кутузке и исправительно-трудовом лагере на канале Москва-Волга, а потом и запрет жить в Ленинграде, искусственно вырывают его из обычной художественной среды. После преждевременного освобождения в 1936 году, Шендеров переезжает в Ростов на дону и продолжает работать. Возобновляется энтузиазм к анималистическому рисунку, который занимал его и до этого. Он обращается к жанровой живописи, к лирической трактовке оголенной натуры («Женщина, моющая ноги», 1936), к натюрморту ("Натюрморт с зеркалом, 1936) к портрету. Конкретно в это предвоенное время сотворен, редчайший в иконографии композитора, портрет юного Д. Д. Шостаковича, недолго концертировавшего в Ростове на дону весной 1941 года.
Стилистика произведений этого недлинного периода до начала 40-х годов изменяется. От гладкого письма с лессировками и от частей монохромности ранешних работ живописец перебегает к плотному выразительному мазку, к глубочайшему и громкому цвету, к сложным импрессионистическим эффектам в передаче состояния природы и архитектуры в ней. После пережитого в кутузке и лагере, естественно его воззвание к миру домашнего комфорта («В ванной», 1937), к пейзажу Ленинграда, оставленного не по собственной воле. В 1938 году он совершает туда лаконичный визит и пишет ряд пейзажей, полных ностальгического любования различными ликами возлюбленного городка («Невский проспект», «Эрмитаж», «Мойка ночью» — все 1939 г.). В это время длится разработка темы балета: («У стенки (Три танцовщицы)», 1937, " «Балерина Ира С.», 1938).
В июне 1941 года А. С. Шендеров уходит добровольцем в действующую армию, где служит рядовым санитаром. После преждевременной демобилизации из-за обострившейся заболевания, полученной в лагере, он в 1944 году ворачивается в Ростов на дону, не так давно освобожденный от оккупации, и выяснит, что все его произведения, хранившиеся в мастерской, вывезены оккупационной администрацией в Германию. Состояние личного смятения, переживание разрушений, которым подвергся его родной город, когда в нём хозяйничали неприятельские войска, — все это находит выражение в остро чувственных полотнах 1944- 45 годов. «Трагический пейзаж», «Троллейбусы на Садовой» (оба 1944) отличаются завышенным динамизмом композиции и цвета. В первом преобладают густые, томные цвета голубого, мрачно красноватого и чёрного. Во 2-м особо акцентируется мотив движения, волнения в природе и атмосфере городка, звучат мрачно зеленоватые и охристые сочетания.
Равномерно живописец находит внутри себя силы для воплощения более жизнеутверждающих настроений. Он делает ряд крупно форматных полотен, на былинно-сказочные темы. Калоритные цветовые акценты «Сказки о царе Салтане» (1945) и «Сказки о золотом петушке» (1944) несут внутри себя музыкальные реминисценции, усиленные мемуарами о мире российской оперы периода «Могучей кучки», которым живописец был увлечен в юности. Сейчас он пишет и лирические жанровые полотна с оголенной фигурой в интерьере. Напористо разрабатывает новые приемы красочной трактовки предмета и фона («Спящий мальчик», «Обнаженная с веером» — оба 1945 г.)
Но новый прилив творческих сил и успешное роль Шендерова в выставке произведений живописцев Ростовской области в 1946 году, опять искусственно прерываются. После грустно известного партийного постановления "О журнальчиках «Звезда» и «Ленинград», в обстановке всеобщей подозрительности и перестраховки от вероятных обвинений в отклонении от одного способа социалистического реализма, его исключают из Ростовского Союза живописцев за «формализм и эстетство», лишают работы и средств существования. Ряд неудачных попыток отыскать свое легитимное место в художественной среде, принуждают художника покинуть Ростов на дону. Он уезжает на Урал и в 1950-51 годах и преподает набросок и живопись в Уральском художественно-промышленном училище Нижнего Тагила (педагогическую деятельность он с фуррором вел и ранее в Ленинградском Институте промышленного строительства).
Заслуженное признание приходит к Шендерову посреди 1950-х годов. После реабилитации и отмены административных ограничений, он, в конце концов, ворачивается в Ленинград и полностью отдается творчеству, свободному от всяких наветов.
Тут он опять в близком круге ленинградских единомышленников. Много отрисовывают в зоопарке, с увлечением работает в экспериментальной литографской мастерской Ленинградского Союза живописцев, делает несколько серий автолитографий на темы балета и жизни животных. В этих новых произведениях он достигает необычного использования цвета, извлекая из техники литографии эффекты, близкие масляной живописи. Живописность в особенности свойственна для серии листов по мотивам «Книги Джунглей» Р. Киплинга (1960). Такое отношение к цвету совпадает с подобными поисками узнаваемых ленинградских живописцев: Пакулина, Ведерникова, Русакова, Каплана. После огромного количества натурных штудий балерин, отдыхающих либо ожидающих выхода на сцену, естественным оказался переход художника к красочным композициям на темы балета в живописи («Танец с веерами», «На репетиции», «Балерины с солнышком» — все 1961).
Шестидесятые годы стали в особенности плодотворными для Шендерова. За недолгие семь лет им было сотворено огромное количество совсем уникальных полотен. По другому трактует он жанровые мотивы. Время от времени живописец соединяет женскую фигуру с натюрмортом. Время от времени — погружает её в интерьер. Таковы к примеру, «Обнаженная на голубом покрывале» (1962), либо «Спящая и натюрморт» (1963).
Особенное место посреди красочных композиций сих пор занимает цикл из 5 полотен посвященных цирку: «Воспоминания о цирке 1», «Выход слонов», «Дрессировщица леопардов» (все 1960), «Морской лев-жонглер» (1965), «Вальс. Сиреневый конь» (1967). Яркость и торжественность общего колорита, гулкие сочетания локальных цветовых плоскостей и предельное наполнение места холста близки в этих композициях приемам иконописи. Фантазия и действительность сплетается тут то в глубоко поэтических, то в агрессивных сценах цирковой жизни, знакомой художнику также отлично, как жизнь балета.
Последние четыре года жизни оказались необыкновенно плодотворными для Шендерова. Хотя возобновились его прежние недуги, живописец проводил всегда за мольбертом, все почаще обращаясь к миру мемуаров, не пользуясь натурой, а доверяя собственному безошибочному глазу. Так была сотворена новенькая серия натюрмортов последних лет: «Пять стульев»(1964), «Ломберный стол», «Бильярд», «Натюрморт с шахматной доской» (все — 1966) и другие. Сейчас художника заинтересовывал не просто мир вещей. Он смотрел на предметный мир, как на необыкновенную часть людского окружения. В его новых композициях сложился тип умственного натюрморта, картины-размышления, предполагающей незримое присутствие человека.
В 1975 году в Ленинграде в залах ЛОСХа свершилась большая посмертная выставка произведений Шендерова, показанная потом в нескольких городках: во Львове, Баку и Ростове-на-Дону. Произведения художника хранятся в Гос Третьяковской галерее, Муниципальном Российском музее, в Художественном музее Ростова-на-Дону, в художественных галереях Петрозаводска, Архангельска и Перми, в Музее Анны Ахматовой в Санкт-Петербурге и др.
↑ 1 2 Живописец. 1976, № 1. С.64. ↑ Новенькая вещественность Николая Загрекова и российские живописцы. Каталог. СПБ. «Петроний».2007. Сс. 87,115,117